Щупальца Хуанга и пирамида чипов Неоклауд с российскими корнями Nebius…

Щупальца Хуанга и пирамида чипов

Неоклауд с российскими корнями Nebius раскрыл долю Nvidia – компания Хуанга владеет 9,3% акций Nebius (22,26 млн акций). На новости акции компании Воложа рванули вверх и торгуются сейчас на 4+% выше закрытия понедельника ($182,62 на 16:06 мск). Это соответствует рыночной капитализации $46,7 млрд.

Забавно в этом то, что это новость от 12 марта. Тогда Nvidia сообщила, что покупает в добавок к имевшимся 1,19 млн акций Nebius еще 21,065 млн за примерно $2 млрд. То есть доля Nvidia была известна уже тогда, как и оценка Nebius ($24 млрд).

Почему раскрытие пришло сейчас? Из-за структурирования сделки в регуляторных целях.

11 марта Nvidia приобрела за $2 млрд только варрант на покупку через 6 месяцев (11 сентября) акций по символической $0,0001 за бумагу. SEC считает, что владение наступает уже за 60 дней до исполнения таких варрантов (13 июля) и настаивает на раскрытии информации, что и произошло. Но трейдеры все равно обрадовались – хайп есть хайп!

А вот займ Nebius’ом $775 млн до 2030 года под залог своих дочек, управляющих дата-центрами — финской Nebius Compute II Oy и американской Nebius Compute II, зарегистрированной в Делавэре, прошел почти незамеченным (не считая поста Юрия Аммосова). В раскрытии компания написала, что залогом по займу стали все активы этих компаний (вычислительная инфраструктура) и их акции, которыми владеет Nebius, а также денежные потоки по крупному контракту. Вангуем, что речь о контракте на $27 млрд с запрещенной в России и только тут за экстремизм Meta. Активы же – это ИИ-инфраструктура на передовых чипах Nvidia, включая GB300.

«Эта сделка позволяет Nebius преобразовать действующий инфраструктурный актив в капитал для роста, обеспечивая основу для привлечения финансирования на уровне активов для других долгосрочных проектов у клиентов».

Проще говоря, заложив чипы Nvidia, Nebius купит новые чипы Nvidia. Немного напоминает пирамиду РЕПО, рухнувшую в России в 2008 году. Тогда участники рынка покупали облигации, после чего закладывали их по сделке РЕПО (продажи с обязательством обратной покупки), получая взамен деньги, на которые снова покупали облигации и снова сдавали их в РЕПО и т.д. Это позволяло инвесторам сформировать портфель бумаг, в разы превышающий их реальный капитал (как и у Nebius’а).

В случае пирамиды РЕПО все стояло на стабильности стоимости залога (цены на облигации редко колеблются), и рухнуло, стоило только возросшему риску на рынке увеличить доходность облигаций (уменьшая их цены). В результате: маржин-колы, неисполнение обязательств, банковский кризис.

Вряд ли, конечно, нас в ближайшее время ждет крушение пирамиды чипов. Но механизм остается таким же, как и во всех известных кризисах: в попытках выжать максимум из возможного в погоне за конкурентами, компании (и Nebius тут вряд ли одинок) входят в рискованные финансовые стратегии, основанные на предположении о стабильности цен на актив («Тюльпаны всегда будут только дорожать!», — считали голландцы в XVII веке). А когда актив резко дешевеет, все рассыпается.

Но пока стратегия работает. Илья Красильщик, недавно присоединившийся по его собственным словам к команде Nebius и занимающийся там как раз стратегическими инфраструктурными партнерствами, не ответил на запрос antidigital о том, сколько мощностей компании сейчас в залоге и будет ли продолжена эта практика