Однажды два римлянина поспорили, кто скажет (или напишет) короче фразу; один сказал (написал): Eo rus – «я еду в деревню», а другой ответил: I – «поезжай»

Однажды два римлянина поспорили, кто скажет (или напишет) короче фразу; один сказал (написал): Eo rus – «я еду в деревню», а другой ответил: I – «поезжай». Это самое короткое высказывание (и написание), которое можно себе представить, но вместе с тем это вполне законченное высказывание, составляющее целую реплику в данном диалоге и, очевидно, обладающее всем тем, что свойственно любому высказыванию.

Далее А.А. Реформатский приводит нам любопытный пример, что [i] – это фонема, затем [i] является морфемой тоже, точнее корневой морфемой. Далее [i] будет и словом (точнее, глаголом в форме повелительного наклонения в единственном числе), и, наконец, [i] это предложение, т.е. элемент, заключающий в себе конечную высказанную мысль.

Александр Александрович этим примером, как он пишет сам, стремился подчеркнуть, что элементы языка не количественные, а качественные, а качество, в свою очередь, определяется разными функциями этих элементов. Дело в том, что называемое «качествами» на самом деле существует исключительно внутри той классификации, которую вводят люди при анализе явлений. Отсюда в философии неоднократно высказывалась мысль о переходе количества в качество, что любое качество на самом деле количество, и нет никакой универсальной сущности, присущей лишь этому объекту. p.s (как считали последователи Платона).

Так все же, что делает предложение – предложением? На сегодняшний день у языкознания, опять же благодаря междисциплинарной культуре подходов, есть четкий ответ на этот вопрос: «Предикативность» – это некое комплексное явление, которое может превратить любую единицу языка, вплоть до фонемы, в законченное высказывание и придать ему целостную завершённость. В свою очередь данная категория семантическая, хоть и формально признается, что она базируется на трёх языковых категориях.

Наш автор попытался рассмотреть корень данной проблемы.

В первой части исследования традиционно была собрана информация ведущих учёных в данной области, изучены различные точки зрения и предлагаемые решения. В основном учёные сосредотачиваются на субстативных и биномативных клаузах, где в качестве предложений носителями языка используются односоставные предложения, в которых главный член выражен существительным в форме именительного падежа (или именной группой), а в биномативных клаузах оба компонента также выражены существительными (или именными группами) и находятся в отношениях предикативного соотнесения, то есть один элемент характеризует, идентифицирует или классифицирует другой. В этих типах предложений отсутствует глагол, а значит, позиция, что предикативность основана на трёх семантических структурах (времени, лице, модальности), может быть поставлена под сомнение.

Тогда как мы будем классифицировать и описывать такие языковые структуры? Что мы возьмём за основу нашего анализа? Существуют различные альтернативы: например, связывать предикативность с коммуникативностью; есть некая информационная структура (тема–рема), именно она воплощает такие отношения. Однако этот подход имеет свои ограничения.

Связывать предикативность с денотативным статусом, что с одной стороны расширяет синтаксические возможности, но также имеет ряд своих недостатков.

И наконец, ещё один способ, распространённый в лингвистике советского периода – классифицировать предложение по признаку согласования с элементом?связкой глагола «быть». Данный подход автор находит неубедительным и показывает, что согласование вариативно, зависит от интонации, стиля, актуального членения и может быть ненадёжным классификатором, пусть даже если мы возьмём на веру, что оно не эксплицитно выражено и утратило своё выражение в связи с изменениями языка.

В итоге, если биномативные конструкции ещё можно классифицировать по семантическим и формальным критериям, то субстативные конструкции не имеют под собой даже таких оснований, тем не менее являются полноценными предложениями. Если в биномативных конструкциях одна часть почти всегда является квантифицирующей, а вторая часть – видовой, то сходным образом может быть организована коммуникативная структура. Денотативный и коммуникативный подход может иметь свои плюсы, однако сложность возникает с абстрактными существительными, для которых невозможно определить денотативный статус, а значит и квантификация остаётся под сомнением.

Несмотря на это, Падучева и Успенский используют несколько критериев сразу: (денотативный статус), формальный (в основном тот, кто контролирует согласование: был / была), коммуникативный (тема / рема). Однако в русском языке возможны два типа линейно-акцентной структуры: нейтральный порядок и эмфатическая инверсия, где референт идёт после связки, но остаётся темой.

Очевидно, что предикативность скрывает за собой более глубокий психологический комплекс, и в логико-грамматическом аспекте данную задачу крайне трудно решить. Наш автор предлагает вернуться к старым психолингвистическим школам, основанным Выготским и Леонтьевым, и рассмотреть предикативность как воплощение предикации. В свою очередь, предикацию следует анализировать более комплексно и определить, на какие фундаментальные точки она может опираться, как значимая часть онтогенеза речевой деятельности человека.

Статья находится в свободном доступе в научно-электронной библиотеке eLibrary. https://www.elibrary.ru/item.asp?id=85988540

Вы можете прочитать работу там, а также использовать материалы из статьи для дополнения своих собственных исследований по данной теме.

Источник: www.elibrary.ru

Источник: ai-news.ru