40 лет Европы и России: синхронная эксплуатация народа через налоговые системы

Вы знали, что почти вся Европа, включая Россию и Турцию, уже как минимум 40 лет системно и последовательно загоняет людей в долговую яму и тотальное экономическое рабство без возможности получения каких-либо благ? Это не фигура речи, не популизм и не эмоциональное преувеличение. Это сухая математика, если считать реальную налоговую нагрузку, а не одну-единственную строчку под названием НДФЛ, которой государства так любят прикрываться.

За последние 35–40 лет ни одна крупная страна Евросоюза, а также в их ближайшие соседи (Россия, Турция, Грузия, Украина) — не произвела ни одного системного облегчения налогового бремени для бедного и среднего класса. Ни одного. Были косметические реформы, временные льготы, манипуляции шкалами и базами, но итоговая нагрузка на труд и потребление либо росла, либо оставалась стабильно высокой.

И здесь важно сразу обозначить — Россию начала 2000-х брать нельзя как пример понижения налогов. В тот период налоговая система просто не функционировала, особенно в части физлиц. Массовая серая зарплата, бартер, конверты, отсутствие администрирования — это не либеральная налоговая политика, это институциональный криминальный коллапс, контролируемый силовой элитой.

Когда система в России заработала — она заработала по той же модели, что и в Европе, собственно по ней она и выстраивалась изначально. Фактически, это продолжение французской концепции человек — это раб для системы, человек для государства, но не государство для человека.

Удивительно, насколько ловко государственные системы и жулики во власти (все евро и ру политиканы) умеют играть цифрами, постоянно заостряя внимание исключительно на НДФЛ, создавая иллюзию умеренной налоговой нагрузки.

13%, 20% и даже 30% — звучит терпимо. Но НДФЛ — это лишь вершина айсберга.

Почти нигде государство не говорит гражданину честно:

• сколько социальных взносов платится в его пользу,
• сколько уходит в пенсионные фонды,
• сколько составляет обязательное медицинское страхование,
• сколько — страхование занятости, инвалидности, рисков,
• сколько он платит через НДС каждый раз, когда тратит деньги,
• сколько — через акцизы, прежде всего на топливо и энергию,
• сколько — через имущественные и местные налоги.

Властьимущие предпочитают показывать только один кусок — тот, который выглядит наименее пугающе. Фактически же — это самое настлящее мошенничество по отношению к собственному населению!

Если считать честно, а не по презентациям Минфинов, картина выглядит так:

1. Налоги и взносы на труд. В Европе, России и Турции: НДФЛ взносы в пенсионные фонды социальные фонды обязательное медстрахование страхование занятости и рисков. В сумме: от 50% до 80% стоимости труда.Не “с зарплаты”, а именно стоимости труда, то есть того, что работодатель реально платит за работника.
2. Косвенные налоги на потребление. Из оставшихся 50–20% дохода человек платит: НДС 20–25% практически с каждой покупки, акцизы (топливо, алкоголь, табак, энергия), скрытые налоги в тарифах ЖКХ и инфраструктуры.
3. Имущественные налоги. налог на недвижимость, муниципальные сборы, транспортные налоги, обязательные страховки.

В результате:

От зарплаты среднего класса в Европе, России и Турции остаётся от 25% (в лучшем случае) до 15% средств на личное усмотрение.

И это до учёта инфляции, роста цен на жильё, образования, транспорта и медицины.

Если человек:

• работает 8–10 часов в день,
• отдаёт большую часть создаваемой им ценности государству,
• не контролирует, куда идут эти деньги,
• не может отказаться от участия в системе,
• несёт ответственность, но не имеет реального влияния,

— как это назвать, если не экономическим рабством?

Формально социальное государство, но фактически — принудительная фискальная эксплуатация среднего класса.

Фактически мы пришли к ситуации, где средний класс живёт исключительно для государственной машины.

Он:

• финансирует пенсионеров (даже если сам в пенсию не верит),
• финансирует бюрократию,
• финансирует инфраструктуру, которой часто не пользуется,
• финансирует политические решения, на которые не влияет,
• финансирует долги государства.

При этом:

• бизнес оптимизируется,
• капитал уходит в офшоры,
• богатые используют легальные схемы,
• бедные получают трансферты,

а весь удар приходится именно на средний класс — самый дисциплинированный, самый прозрачный и самый беззащитный.

Часто можно услышать: «Ну в Европе хотя бы социальные услуги», «Ну в России хотя бы плоский НДФЛ», «Ну в Турции хотя бы рост экономики».

Это разные фасады одной и той же модели.

• Высокая налоговая нагрузка,
• сложнейшая система соцвзносов,
• НДС 20–25%,
• акцизы на топливо одни из самых высоких в мире,
• раздутый госсектор,
• косвенное разворовывание через консалтинг, субподряды и гранты.

• Формально умеренный НДФЛ,
• огромные взносы работодателя,
• высокий НДС,
• акцизы,
• прямое разворовывание, силовая рента, коррупция.

• Инфляция как скрытый налог,
• косвенные сборы,
• нестабильность правил,
• де-факто перераспределение через девальвацию.

Механизмы разные — результат одинаковый.

При таком подходе Европа, Россия и Турция обречены на: серые зарплаты, фиктивную самозанятость, налоговую оптимизацию на грани закона, эмиграцию активного населения, деградацию доверия к государству, прекращение рождаемости.

Чаще всего люди не становятся преступниками потому что плохие. Они адаптируются к системе, которая делает честную жизнь экономически невыгодной. Это не культура уклонения. Это рациональный ответ на фискальное давление.

Фактически речь идёт о том, что элиты и власть просто доят своё население, как коров. Не как граждан. Не как партнёров. А как ресурс.

Гражданин в этой модели:

• источник налогов,
• объект контроля,
• носитель обязательств,
• но не субъект решений.

Самый болезненный вопрос — даже не в размере налогов, а в том, куда они идут.

1. Безумные идеи чиновников. Мегапроекты без окупаемости, имитация реформ, цифровизация ради отчётов.
2. Войны и геополитика. Прямые или косвенные, горячие или гибридные — всегда за счёт налогоплательщика.
3. Разворовывание. Прямое — как в России и Турции. Косвенное — как в ЕС, через сотни и тысячи консалтинговых контрактов, исследования, которые никто не читает, бесконечные «стратегии», «дорожные карты», «white papers» и конечно же рефлексии с коучами.

Форма разная — суть одна. Получив образование в одной из топовых бизнес-школ Европы мне лично удалось увидеть, в какой СССР 2.0 превращен ЕС и как именно учат просирать деньги будущую Европейскую элиту цифровой трансформации и экономики. Ранее я был близок к достаточно высоким ЛПР в России и мне посчастливилось также воочию наблюдать за Российским стилем разбазаривания и разворовывания денежных средств населения. Честно — это всё очень похоже, не зря многие вице-губернаторы (лично знал) заканчивали эти же ЕС и часть из них США бизнес-школы!

Европейцы смело могут искать свои налоги на счетах: Capgemini, Accenture, E&Y, PWC, Deloitte, KPMG, BCG и многих, многих других консалтинговых компаний, ну и конечно же в той самой цифровой трансформации, которая так и не наступает почему-то!

Хейтеры скажут, мол ну а где иначе… Глядя на сравнительные таблицы, совсем не неожиданным светочем и раем на Земле выглядят арабские страны.

Но даже если их исключить, остаются:

• США,
• Китай,
• Австралия,

где налоговые системы:

• проще,
• более прозрачны,
• менее агрессивны к среднему классу,
• сильнее ориентированы на рост, а не перераспределение.

Европейская, российская и турецкая налоговые модели сегодня выглядят как конструкции, которые формально ещё стоят, но внутренне уже давно потеряли устойчивость. Их проблема не в отдельных ставках, не в процентах и не в деталях администрирования. Проблема системная — в том, что эти модели год за годом поедают собственный средний класс, превращая его из двигателя экономики в источник бесконечного фискального ресурса.

Труд в такой системе перестаёт быть ценностью. Он перестаёт быть способом построить будущее, накопить капитал, обрести устойчивость. Работа всё чаще воспринимается как обязанность обслуживать государственную машину, а не как путь к личной свободе и развитию. Это неминуемо демотивирует: человек видит, что сколько бы он ни зарабатывал, значительная часть результата его усилий будет изъята, перераспределена и потрачена без его участия и зачастую без видимого смысла.

Следствием становится закономерная реакция общества. Люди начинают искать обходные пути, уходить в тень, оптимизироваться на грани закона или за её пределами. Не потому что они аморальны, а потому что сама система делает честную и прозрачную жизнь экономически невыгодной. Социальный контракт, на котором формально держатся современные государства, трещит по швам: граждане всё меньше верят, что их вклад возвращается к ним в виде безопасности, стабильности и возможностей.

Государства при этом ещё какое-то время могут сохранять иллюзию контроля. Можно публиковать отчёты, рисовать графики, говорить о социальной справедливости и перераспределении. Можно годами делать вид, что «система работает». Но сухая арифметика не поддаётся пропаганде. Когда у человека системно отнимают большую часть дохода, лишают его ощущения контроля над собственным будущим и убивают смысл честного труда, вариантов реакции остаётся немного.

Часть людей уезжает туда, где правила кажутся более вменяемыми. Часть ломается, соглашаясь на понижение уровня жизни и внутреннюю капитуляцию. А часть начинает сопротивляться — пассивно или активно, экономически или политически. И никакие аккуратно сверстанные отчёты о «социальной модели» или «ценностях солидарност» уже не способны это остановить.

Всё это для меня также является очевидным ответом, почему Европейским элитам всегда будут нужны конфликты между собой! Гораздо проще, чем прекратить воровать и снизить нагрузку на население — повести его по пути поиска врагов (от мигрантов до соседей, и что самое интересное поводы находятся всегда), замешанном на религиозности и патриотизме (ну это вообще любимая тема воров, чьи дети всегда имеют от 2 до 4 гражданств — и я сейчас далеко не только про Россию)…