Взрыв ядерной ракеты в стартовом комплексе произошел в Арканзасе 45 лет назад true true true
«Небеса зажглись. Это выглядело как настоящий восход солнца», — так люди описывали взрыв на пусковом комплексе в Арканзасе, где размещалась ядерная межконтинентальная ракета Titan II. Причиной ему была не советская бомбардировка и не диверсия, а неловкие техники, которые уронили на ракету гаечный ключ. В ту ночь США сильно повезло, что законы физики позволяют сделать ядерные боеголовки устойчивыми к взрывам и пожарам, поэтому атомной катастрофы не произошло.
Падала, будто в замедленной съемке
Земли в 50 километрах к северу от Литл-Рок, столицы Арканзаса, — это самая настоящая американская провинция. Здесь живут фермеры в разбросанных по округу ранчо, напоминающих русские хутора, но побогаче. В 1960-х годах у фермеров начали появляться необычные соседи. То тут, то там посреди полей и лесов строились окруженные высоким забором площадки расчищенной и выровненной земли. Как правило, они имели вид квадрата 100х100 м и располагались в нескольких сотнях метров друг от друга.
Это были стартовые площадки девятимегатонных ракет Titan II, принадлежавших 374-й стратегической ракетной эскадрильи ВВС США.
Спустившись по расположенной на площадке лестнице вниз, пройдя защищенную паролем дверь и бронедверь бункера, посетитель оказывался в буферном служебном помещении, от которого отходило два тоннеля. Один из них вел к закопанному под землей трехэтажному куполу, служившему центром управления и казармами. Другой, более длинный тоннель, вел к шахте. В ней, прикрытая огромной крышкой, располагалась 30-метровая ядерная ракета.
Утром 18 сентября 1980 года в баке окислителя первой ступени ракеты в комплексе 374-7 обнаружили недостаток давления. Об этом сообщили на командный пункт полка, и к вечеру они прислали техников из группы по работе с топливом, Джеффри Пламба и Дэвид Пауэлла.
Около 18:30 они вошли в пусковой комплекс и направились к ракете, проводить проверку давления. Для этого нужно было, среди прочего, открутить и закрутить большой болт с помощью специального динамометрического ключа, который отображает прикладываемые к нему усилия.
Однако уже спустившись в стартовый комплекс, использовав коды доступа, надев костюм химзащиты и пройдя по тоннелю, техники вспомнили, что забыли нужный ключ наверху в грузовике с оборудованием. Они были на смене уже 11 часов в конце рабочей недели, и потому ни малейшего желания подниматься наверх у них не было. Тогда один из техников, Дэвид Пауэлл, решил воспользоваться тем, что нашел внизу: большим, метровой длины гаечным ключом со сменными головками.
Бак окислителя Titan II расположен верху, поэтому для проверки давления в нем техники поднялись на окружавшую ракету ферму обслуживания. Внезапно при попытке снять ключ с гайки с него соскочила съемная головка, весом 3,6 кг. Она упала с двадцатиметровой высоты, отрикошетила от держателя ракеты и ударилась о ее бок.
«До сих пор я в любой момент, закрывая глаза, могу увидеть, как падает та головка. Как она отскакивает от фермы, как я тянусь рукой за ней, как она падает, будто в замедленной съемке, 24 метра. Попадает в держатель ракеты, будто прицельно. И затем — как поток топлива начал рваться из ракеты»,
— вспоминал Пауэлл в интервью для документального фильма Command and Control.
Образовалась дыра на уровне топливного бака, из которой начал вырываться аэрозин. Белесый туман заволок сначала нижнюю часть шахты, а потом начал распространяться по всему комплексу.
Это топливо токсично само по себе, но проблема была не в этом. Важно было то, что по мере падения давления в топливном, нижнем баке, раздувался верхний окислительный, и мог разорваться. При контакте эти две жидкости мгновенно вспыхивают.
Не сметь обсуждать приказы командования
На пульте управления ракетой зазвучали тревожные сигналы. Поначалу техники, которым едва исполнилось 20, отказывались сознаваться, что произошло, и какой именно туман в шахте они наблюдают. Но спустя полчаса картина стала ясна, и о произошедшем доложили командиру эскадрильи, а оттуда — наверх, вплоть до штаба Стратегического командования ВВС США.
К 21:00 было принято решение эвакуировать комплекс 374-7 из опасения взрыва. Два офицера боевого расчета комплекса, Родни Холдер и Алан Чайлдерс, были категорически против. Во-первых, им бы пришлось бросить всю секретную документацию и оставить лежать бесхозной ядерную боеголовку. Во-вторых, эвакуировав комплекс, командование лишалось всякого контроля над ситуацией и доступа к системам управления. Наконец, многие офицеры были в курсе, что ядерная боеголовка не должна взрываться от пожара, но никто не хотел проверять это опытным путем посреди Америки, да еще и с девятимегатонной боевой частью.
Пожар необходимо было предотвратить, поэтому Холдер и Чайлдерс предложили оставить их в бункере.
«С нашей точки зрения мы должны были остаться, потому что у нас не было детей. Не то, чтобы нам была не дорога жизнь, но нам казалось разумным, что мы должны остаться и позволить эвакуироваться другим», — рассказывал Холдер в интервью.
Но полученный приказ покинуть комплекс не оставлял места для толкований. Поначалу люди попытались выйти через главный вход, но тоннель был заполнен аэрозиновым туманом. Поэтому эвакуироваться пришлось через аварийный люк, представляющий собой узкий вертикальный колодец. Началась также эвакуация местных жителей.
Но уже к 1:40 Стратегическое командование, управлявшее ситуацией дистанционно, внезапно передумало. Один из техников группы по работе с топливом, Джефф Кеннеди, в нарушение инструкций пролез в центр управления и, глядя, на приборы, зафиксировал потерю 40 тонн топлива, что неизбежно означало бы фатальную деформацию ракеты. Он доложил об этом командованию, которое приняло решение попытаться спасти комплекс.
По их плану, кто-то должен был снова пройти в центр управления, посмотреть на показания приборов и, если они в пределах допустимого, пройти в шахту и открыть вентиль, чтобы опустошить бак с окислителем. Приказ подразумевал использование главного входа, а не аварийного люка, ведущего прямо к пульту. Группа по работе с топливом была возмущена самодурством, но никто не мог спорить после того, как уже грубо нарушили инструкции, воспользовавшись люком.
Поэтому техникам Джону Девлину и Рексу Хаклу поручили уникальную задачу: им предстояло взломать запертый изнутри ракетный комплекс. Входную дверь, открываемую изнутри после произнесения пароля и представлявшую собой затянутую сеткой стальную раму, они вскрыли с помощью болтореза и лома. После этого следующие полчаса, пока не закончился воздух в баллонах, они провели, работая ручным гидравлическим насосом, чтобы активировать привод бронедвери.
Их заменили свежими техниками с новыми баллонами, Дэвидом Ливингстоном и Кеннеди. Однако и их пришлось отозвать от бронедвери, когда детекторы паров показали опасную концентрацию аэрозина. Это решение командование тоже переиграло: едва техники поднялись наверх, им приказали вернуться назад и включить вытяжной вентилятор.
В три часа ночи, как только они ступили на лестницу вниз, земля вокруг содрогнулась.
«Небеса зажглись. Это выглядело как настоящий восход солнца, и потому мы поначалу решили, что это взорвалась ядерная боеголовка. Летели камни и щебень, они выбивали стекла машин и делали дыры в кузове. Я забрался под один из пикапов, но он внезапно начал двигаться и уехал. Повсюду было пламя, оглушительный рев, и при взгляде на пусковой комплекс было заметно, что из него вырывается пар и пламя», — вспоминал офицер боевого расчета Чайлдерс, эвакуированный, казалось бы, на безопасное расстояние.
Местный фермер Сэм Хатто вспоминал, что ехал в этот момент доить коров. «На шоссе есть точка, откуда видно ракетную базу. И как только я на нее выехал, она взорвалась. Я это скорее почувствовал, чем увидел, поскольку мой грузовик почти сбросило с дороги, при том что я был в двух километрах от взрыва», — рассказывал он в интервью для документального фильма.
Первый взрыв сорвал с места крышку шахты, весом 740 т и выбросил в воздух вторую ступень ракеты с прикрепленной боеголовкой. Вскоре после этого вторая ступень взорвалась, так что в итоге ядерное устройство упало в 30 метрах за забором базы. Из-за масштаба разрушений никто так и не выяснил причину взрыва: закоротило какой-то контакт или все-таки прорвался бак окислителя.
Если бы Ливингстон и Кеннеди находились в ракетной шахте, их тела бы никогда не нашли. Но шахта и крышка частично поглотили взрыв, поэтому их отбросило наружу, к забору комплекса. Кеннеди сломал ногу, надышался окислителем из-за разбитой маски, но остался жив. Его напарник же скончался в больнице от полученных травм. Всего пострадал 21 человек, — те, кто стоял к комплексу ближе всего.
Восстанавливать на пусковой площадке было нечего. Правительство США приняло решение засыпать шахту щебнем, а упавшую боеголовку отправить обратно на завод. Американские ядерщики потом долго объясняли, что опасности не было и что в атомных бомбах устанавливают столько мер защиты, что атомного взрыва не должно было бы случиться и в долгом пожаре.
А эту историю в ВВС США до сих пор используют для наставления молодым: почему не стоит обращаться с ядерной ракетой как с личной машиной в гараже и подбирать инструменты по личному вкусу.
