академик Константин Анохин
© Volga Neuroscience Meeting
О конференциях в целом писать очень сложно. Простой отчет: «прошла, выступили, участвовало» –это пресс-релиз «для галочки». Интересны новости об отдельных выступлениях, интересны интервью. Но давайте мы попробуем рассказать о главном нейрофоруме России глазами научного редактора портала Indicator.Ru, посетившего три из пяти конференций Volga Neuroscience Meeting с 2016 по 2025 годы.
Что?
Я был на этой конференции еще до того, как мы сделали наши «Нейроновости». С Аней Хоружей мы принимали участие еще будучи редакторами предшественника проекта, который превратился в «Нейроновости» через два месяца после Volga Neuroscience Meeting за номером один, которая прошла на теплоходе, идущем из Санкт-Петербурга в Нижний Новгород через Валаам, Кижи, Вытегру с ее океанской подводной лодкой на реке Вытегра и Углич.
Тогда это был классный опыт и для меня, как для начинающего нейронаучного журналиста. Мировые лидеры в области нейронаук, океан новой информации, попытки это все переварить и описать.
Дальше в моем личном опыте – две конференции на берегу Волги. Шикарный загородный отель «Чайка» в Нижегородской области недалеко от Дзержинска. По понятным причинам иностранцев меньше (в 2025 году заметно больше, чем в 2023 году), но одно традиционно остается на уровне: уровень. Можно честно сказать, что конференция стала главной нейронаучной конференции страны, как съезды европейского или американского нейробиологических обществ. Но без общества – в России такого пока нет, но об этом – позже.
Лекции
Для молодых ученых пленарные лекции великих исследователей – очень важная история. Они позволяют увидеть передний край того или иного сегмента науки, будят воображение, дают почву для новых идей. А что, если ученый немолодой? Отвечу, что молодость – это не про возраст, а про сознание и состояние духа. Поэтому если немолодой, то и не ученый вовсе.
Набор «пленарок»-2025 был очень хорош. Стартовало все с потрясающей лекции Рустема Хазипова (Марсель-Казань) о том, как мозг во время внутриутробного развития сам себе устраивает сенсорное обучение для формирования моторной и зрительной коры. Лекция была настолько хороша, что академик **Павел Балабан **вместо типичного «балабан-стайл-квесчн» попросил после лекции пересказать ее «в двух словах для неспециалистов». Удивительное дело!
Лекция Юлии Чайки (НЦПЗ, Москва) «Биологические основы психического здоровья» были, кажется, первой попыткой сближения психиатров и нейробиологов. Конечно, пока что это был в основном пересказ работ самого НЦПЗ, чем обзор переднего края по нейробиологии в психиатрии, но начало хорошее.
Следующий день ознаменовался зум-пленаркой китайского исследователя Муминг Пу (Шанхай) «Мезоскопическое транскриптомное и коннектомное картирования мозга». Очень хорошая лекция, показывающая вчерашнее состояние этой тематики. Почему вчерашее? «Большие Ученые» после лекции ворчали: опять хитрый Пу ничего из неопубликованного не сказал. Но все равно очень интересно.
Еще одна пленарная лекция нашего давнего знакомого Василия Ключарева: «Нейрональные механизмы социального влияния». Ну… Ключарев есть Ключарев, свобода воли есть, свободы воли нет и так далее. На самом деле, тоже важное направление в нейронауках, которое требует своего отражения.
Отдельное направление, без которого не могла обойтись конференция, организуемая ННГУ – нейроморфные системы, мемристоры et cetera в пленарных лекциях нашло отражение в выступлении Виктора Ерохина, носившее название «Нейроморфные системы, основанные на органических мемристивных устройствах».
Потрясающая и очень много охватывающая очная лекция итальянского профессора Клаудио Франчески (Болонья) о часах для стареющего мозга. И часы там не одни – об этой лекции мы вам обязательно рано или поздно расскажем.
А завершила все (и буквально порвала зал) пленарная лекция Леонида Мороза (Флорида, тоже, увы, по зуму) «Альтернативные нервные системы: что такое нейрон с функциональной и эволюционной точки зрения», в которой Леонид показал, что нервная система как таковая эволюционно возникала минимум дважды, а ЦНС – так и вовсе раз 10-12. И показал новые данные об исследованиях морских организмов при помощи его потрясающего экспедиционного судна, которое позволяет большинство молекулярно-генетических исследований провести прямо на борту. Очень интересно, что в ближайшие годы даст океан нейронаукам.
На самом деле, пленарные лекции дают много поводов задуматься. И о том, что учебники устаревают быстрее, чем их пишут, и о том, что нераскрытых тайн мозга еще гораздо больше, чем открытых, и о том, что работа в жесткой парадигме модельных животных – С.Elegans – дрозофила – данио рерио – мыши/крыса – это, конечно, не тупик, но сильно сужает картину нейронаук. Любой шаг влево/вправо с этой оси дает намного больше шагов в развитии науки, чем шаги по этой основной линии.
А ведь были еще и ключевые лекции, и просто потрясающие доклады. А какие фразы и образы от докладчиков! Например, ключевой доклад Марии Лагарьковой об индуцированных плюрипотентных стволовых клетках в первую очередь запомнился экосистемным сравнением ареалов распространения российских исследователей индуцированных плюрипотентных клеток и российской же выхухоли. Выхухоль оказалась круче. Цитатой всей конференции для меня оказалась фраза Андрея Розова: «научная ОПГ, возглявляемая Роджером Николлом…». И это только подчеркивало высочайший уровень научных работ.
Дискуссии
Довелось стать свидетелем двух дискуссий на форуме.
Первая – продолжение разговора, начатого Константином Анохиным и Павлом Балабаном еще в 2023 году. Константин Анохин вместе с Тагиром Аушевым (центр «Идея») снова затеял разговор о создании сообщества нейробиологов России. От просто разговора в 2023 году «просто разговор» 2025 года можно назвать два отличия: во-первых, было сформулировано, что единицей сообщества нейробиологов должна быть лаборатория (и на мой вкус, это очень верно), а во-вторых, кажется, от слов таки перейдут к делу.
Вторая – почти стихийная дискуссия, которую затеял по наводке Виктора Тарабыкина Алексей Осадчий, о том, что ИИ может дать нейробиологии и наоборот. Увы, получилось не очень. В основном все говорили о своих страхах про ИИ и даже взявший слово академик Анохин не говорил много, а сказал просто: «мне скучно». И действительно, все же дискуссию можно было бы направить в другом, не эмоциональном, а экспертно-практическом. Например, взять пример с химиков, которые в ноябре даже большую научную конференцию по ИИ в медицине проводят, или хотя бы обсудить, как собирать и упорядочивать нейронаучные данные для ИИ.
Постеры и вечеринки
Никакая конференция не будет хороша без трех вещей. Во-первых, постерных сессий, где молодые ученые (помним, что такое молодость) не только защищают свои работы перед маститыми и такими же молодыми, но и знакомятся, общаются друг с другом, намечают коллаборации и получают советы и новые идеи. А во-вторых и в-третьих, welcome party и final party – то же самое, но без постеров.
Здесь все было на уровне. И вечеринки с вином, ужином, танцами и коллаборациями, и постерная сессия, на которой было 110+ постеров, три часа – с пивом, вином и замечательным общением. Вообще нужно сказать, что молодых исследователей на конференции стало больше, а уровень постеров – выше. Единственное что, хочется не одной сессии, на которой 110 постеров все-таки смешиваются в голове, а две-три – на такое количество докладов.
То, что часто забывают
Земной поклон, кокошником в пол всей команде организаторов. Я знаю, что значит такое делать. И то, как девчонки (в основном, но и мальчишки тоже) из ННГУ все это вытаскивают в который раз заслуживает только многократного «спасибо». Равно как и наши великие Константин Анохин, Павел Балабан и Виктор Тарабыкин, которые эту конференцию «собирали» в научном плане.
Чего еще пожелать?
Одно слово: корабля. Очень хочется, чтобы Volga Neuroscience 2027 прошла на борту корабля, следующего из Нижнего Новгорода в Питер или наоборот. Как в старые добрые времена. Конечно, хочется и побольше сильных зарубежных нейроученых на его борту, но это будет зависеть не только и не столько от организаторов.
Подписывайтесь на нас в ВК и в Телеграм.
Источник: indicator.ru
