Сотрудник МГППУ Овсянникова: пока связь парацетамола и аутизма недостаточно изучена
Дональд Трамп в понедельник сделал заявление в Овальном кабинете о связи приема при беременности тайленола – жаропонижающего лекарства, содержащего парацетамол, — и риска развития аутизма. По словам российских исследователей аутизма, свои выводы Трамп сделал на основе научного исследования, проведенного в Гарвардском университете. Президент США также говорил о лейковорине, — как о перспективном лекарстве от аутизма, что подтверждается научной статьей из портфеля журналов авторитетного издания Nature. Все это требует дополнительных исследований.
Парацетамол вреден?
Президент США Дональд Трамп в понедельник сделал сенсационное заявление в Овальном кабинете. Там он объявил, что беременным женщинам следует ограничить использование ацетаминофена, обычно называемого в США тайленолом, а в других странах — парацетамолом. По словам Трампа, препарат повышает риск развития аутизма у детей, если его принимают беременные женщины. Это утверждение в данный момент горячо оспаривается учеными по всему миру.
Как рассказала «Газете.Ru» научный сотрудник МЭГ-Центра МГППУ, председатель профессиональной ассоциации (союза) поведенческих аналитиков Татьяна Овсянникова, в своих выводах Трамп основывается на свежем обзоре групп Гарварда и Маунт-Синай, вышедшем 14 августа 2025 года.
О чем говорит массив доказательств, приведенных в статье?
«Ассоциации в наблюдательных исследованиях — небольшие и нестабильные при строгом контроле семейных/генетических факторов (например, сиблинговый анализ в Швеции, 2,5 млн детей; JAMA, 2024) связь аутизма и парацетамола исчезает, что указывает на конфаундинг (переменная, искажающая результаты исследования), а не на причинность», — сказала Овсянникова.
Поэтому до сих пор профильные организации, — например, ACOG — профессиональная ассоциация врачей, специализирующихся в области акушерства и гинекологии в Соединенных Штатах, по-прежнему считают ацетаминофен одним из немногих допустимых анальгетиков при беременности «по показаниям, в минимальной эффективной дозе и кратко». Новых жестких запретов они не вводили.
Овсянникова делает вывод:
«На сегодня нет доказательства причинной связи ацетаминофена и аутизма. При высокой температуре риск гипертермии для плода доказан — жаропонижение оправдано.
Любые резкие изменения рекомендаций должны идти после согласования с ACOG, NIH (National Institutes of Health — национальные институты здравоохранения в США) и независимой экспертизы.
Что сказано в гарвардской статье?
Статья, вышедшая 14 августа, называется «Оценка доказательств применения ацетаминофена и нарушений нейроразвития с использованием методологии навигационного руководства». Метод Navigation Guide methodology — это протокол, который позволяет надежно оценить научные исследования в своей массе, не сделав ошибок.
Вывод в ней звучит так:
«Многочисленные тщательно спланированные исследования показали, что у детей матерей, подвергавшихся воздействию ацетаминофена, чаще диагностируются нарушения нейроразвития, включая расстройство аутистического спектра (РАС) и синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ), чем у детей матерей, не подвергавшихся воздействию ацетаминофена».
По мнению авторов статьи, большинство результатов согласуются для разных периодов времени, наборов данных и групп пациентов: когда мать принимает ацетаминофен во время беременности, вероятность того, что у ее ребенка будет нарушения нейроразвития, включая СДВГ или РАС, увеличивается, и эти связи также формально статистически значимы.
«Хотя ацетаминофен остается предпочтительным анальгетиком из-за его относительно благоприятного профиля безопасности по сравнению с другими лекарственными средствами, к его использованию следует подходить рассудительно, особенно в свете потенциальных последствий для развития плода в перинатальный период. Для лечения лихорадки рекомендуются нефармакологические варианты (например, физическое охлаждение) или медицинская консультация», — говорится в статье.
По мнению авторов, экспериментальные исследования показали биологическую правдоподобность потенциального неблагоприятного воздействия ацетаминофена на мозг плода. Ацетаминофен свободно проникает через плацентарный барьер, достигая уровней в кровообращении плода, аналогичных кровообращению матери, менее чем через час после приема матерью. Кроме того, развивающийся мозг очень восприимчив к повреждающему окислительному стрессу, поскольку он быстро растет и созревает и требует значительного энергетического обмена. Модели на животных показывают, что пренатальное воздействие ацетаминофена увеличивает маркеры окислительного стресса в мозге плода и связано с дефицитами нейроразвития.
Кроме того, ацетаминофен является эндокринным разрушителем, который напрямую нарушает гормонозависимые процессы, влияет на развитие нервной системы и репродуктивные нарушения, а также может изменять стероидогенез в плаценте и вызывать повреждение плаценты. Исследования in vivo, in vitro и ex vivo показывают, что ацетаминофен напрямую нарушает гормонозависимые процессы, которые участвуют в нейроразвитии.
Как рассказал «Газете.Ru» профессор, и.о. заведующего кафедрой психотерапии ИКПСР Пироговского Университета Михаил Некрасов, — пока еще зависимость развития аутизма и прием парацетамола — очень необоснованная.
«Парацетамол не оказывает прямого действия на нервную систему. Поэтому в настоящее время не выявлено связи между приемом парацетамола беременными женщинами и развитием аутизма у ребенка. Достоверных данных по этому поводу нет.
В Соединенных Штатах Америки проводятся исследования, но американские ученые утверждают, что для получения результатов понадобится минимум 1-2 года. Большая часть склоняется к тому, что эта зависимость очень необоснованная», — отметил Некрасов.
Чем лечить будем?
Также после речи Трампа в Овальном кабинете чиновники США затронули тему использования для лечения аутизма лейковорина, — это фолиновая кислота, — она часто назначается при проведении химиотерапии. Это — новое слово в лечении аутизма.
Научные статьи в подтверждение эффективности такого лечения также присутствуют. Лейковорин — это активная форма фолата. Идея применения этого препарата при аутизме связана с церебральной фолатной недостаточностью и аутоантителами к фолатному рецептору-α (FRAA), которые препятствуют транспорту фолата в мозг, — рассказала «Газете.Ru» Татьяна Овсянникова.
«Есть несколько рандомизированных двойных слепых исследований (США/Франция/Индия/Китай). Самое цитируемое — статья в журнале портфеля Nature — Frye et al., Molecular Psychiatry: у детей с РАС и речевыми нарушениями улучшается вербальная коммуникация, особенно у FRAA-позитивных. Однако выборки небольшие, длительность исследования всего 12 недель, требуется независимая репликация и маркировка показаний регулятором», — отмечает Овсянникова.
Что сказано в статье журнала Nature?
Прежде всего, речь в ней идет о фолатной недостаточности (положительный FRA-статус). Синдром церебрального дефицита фолатов авторы статьи из разных институтов США (Арканзас, Нью-Йорк, Флорида) считают очень распространенным среди детей с аутизмом.
«Данное исследование впервые изучило распространенность фолатной недостаточности у детей с аутизмом и позволило контролируемо оценить реакцию на лейковорин-кальций у таких детей. В целом, данное исследование демонстрирует неожиданно высокую распространённость FRA и благоприятную реакцию на лейковорин-кальций у детей с положительным FRA-статусом и аутизмом», — сказано в статье.
Примерно две трети пролеченных детей отметили некоторую пользу, а примерно у одной трети наблюдалось умеренное или значительное улучшение этих когнитивно-поведенческих измерений, — пишут авторы.
По мнению Овсянниковой, применение лейковорина при аутизме имеет смысл, если тестировать фолатную недостаточность, а затем обсуждать пробный курс под наблюдением врача. В данный момент такие исследования активно идут.
«Лейковерин обычно переносится хорошо, но возможны ЖКТ-симптомы, раздражительность, бессонница. Кроме того, клинически значимый эффект наблюдается не у всех. Это не «лекарство от аутизма», а кандидат для биомаркер-направленной терапии», — подчеркнула Овсянникова.
Как подтвердили «Газете.Ru», все опрошенные эксперты, — расстройство аутистического спектра — это группа заболеваний, поэтому представить себе, что найдется один препарат, который будет работать на всю группу, — сложно.
«Сам по себе вопрос препарата, который работает на целую группу расстройств аутистического спектра, которая не просто неоднородная, а даже просто не определенная по диагностическим критериям, с отсутствием ясного понимания о механизмах возникновения этой группы расстройств, сложен», — считает профессор, директор Института клинической психологии и социальной работы, заведующий кафедрой, кафедра клинической психологии ИКПСР Пироговского университета, доктор психологических наук Вера Никишина.
«То, что эти препараты могут быть эффективны при лечении расстройств аутистического спектра с интеллектуальными и речевыми нарушениями, с отсутствием интеллектуальных речевых нарушений, с нарушениями, которые включают в себя и неуточненные аутистические расстройства, крайне сомнительно», — заключила она.
Впрочем, если найдется хотя бы одно работающее лекарство, которое облегчит жизнь родителям детей с аутизмом, количество которых сильно выросло за последнее время, — это будет действительно хорошей новостью.
